Отдав добрую половину захваченного, он и его товарищи только в январе сорок второго смогли вновь двинутся вперед. Теперь все могло повториться. Хансу часто приходила в голову эта мысль, когда он смотрел на карту. Подкрепления, обещанные им, уходили на Восточный фронт. Снабжение оставалось скудным и то и дело грозило вообще прерваться. Теперь бензин ценился выше еды и воды, потому что люди могли двигаться вперед без пищи некоторое время, а машины и танки становились бесполезными без топлива. Приближаясь к границе Египта, армия Роммеля отдалялась от тех баз, через которые итальянцы еще отваживались снабжать войска. Теперь использовались все возможные ресурсы людей и техники и даже больше. Ханс несколько раз видел, как проносятся мимо английские грузовики с немецкими солдатами в кузове. Часто он замечал и трофейные танки с наспех нарисованными крестами. И что греха таить — в баке его танка плескался английский бензин.

Ханс осознавал, что важно было пустить в бой все танки. Даже командирский, у которого из-за второй, более мощной, радиостанции внутри совсем не оставалось места и пушка была деревянной. Да, черт возьми, они были прекрасной мишенью, но изъян был заметен лишь вблизи, а значит, был и шанс победить. В бою Ханс корректировал действия своих товарищей до тех пор, пока это было возможно. Он немного разбирался в радио и не пожалел о том, что у его машины нет пушки. Теперь у каждого экипажа появилась пара лишних глаз, глаз зорких, глаз танкиста, прошедшего немало боев.

Но вот бой кончился. Ханс даже не заметил, как выпал из водоворота огня и дыма. Теперь они блуждали по пустыне, пытаясь понять где свои, а где чужие. Войска сторон перемешались во второй битве под Тобруком. Наступающие немцы и отступающие англичане. Отступающие немцы и наступающие англичане.