— Вовсе нет, — ответил Роберт Годдард. — Признавая факт, я соглашаюсь с вами. Мы делаем все, что можем.

Его серое усталое лицо говорило, что он делает даже больше — он работал, не щадя себя. Игер беспокоился о нем.

Он обошел вокруг двигателя. Рядом с деталями двигателя челнока ящеров, на котором Страха спустился, чтобы сдаться в плен, он покажется детской игрушкой. Сэм снял форменную фуражку, провел рукой по светлым волосам.

— Вы думаете, это полетит, сэр?

— Единственный способ проверить — запустить и посмотреть, что получится, — сказал Годдард. — Если нам повезет, мы сможем провести испытания на земле до того, как обернем его листовым металлом и прикрепим сверху взрывчатку. Проблема в том, что испытания ракетного двигателя — совсем не то, что вы могли бы назвать не бросающимся в глаза, и вскоре ящеры не заставят себя ждать.

— Это уменьшенная копия двигателя челнока ящеров, — сказал Игер. — Весстил думает, что эго дает неплохую гарантию успеха.

— Весстил знает о летающих ракетах больше, чем кто-либо из людей, — сказал Годдард с усталой улыбкой. — Достаточно было видеть, как он летел со Страхой с его звездного корабля, когда тот дезертировал. Но Весстил не особенно разбирается в инженерном деле, по крайней мере типа «отрежь и попробуй». Все меняется, когда вы изменяете масштаб в большую или меньшую сторону, и вам приходится испытывать новую модель, чтобы увидеть, какая чертовщина у вас получилась. — Он лукаво хмыкнул. — А у нас ведь ни в коем случае не простое уменьшение масштаба, сержант: мы должны были приспособить конструкцию к тому, что нам нужно и что мы умеем.

— Совершенно верно, сэр. — Сэм почувствовал, его уши покраснели от возбуждения. У него была очень тонкая кожа, и он боялся, что Годдард заметит румянец. — Черт меня побери, если я хотя бы подумаю, чтобы спорить с вами.