Все они очень важны и незаменимы, целая армия, обязанная заботиться о зубном порошке, креме для чистки обуви и духовном благоденствии, так что на каждого человека с оружием в руках, противостоящего врагу, приходится как минимум десять таких, кто за его спиной тихо и незаметно кует окончательную победу. А то, что при этом они отщипнут немножко съедобного и прихватят что-нибудь на обмен, чтобы послать любимым домочадцам, так это нормально и естественно.

Некоторые, достаточно дальновидные, хватают и крадут столько, чтобы создать основу безбедного существования после войны.

А иной молодой человек, пышущий здоровьем, розовощекий, как откормленный поросенок, отличный снайпер, который на учебных стрельбах часто попадает в центр, и никогда не выбивает меньше десятки, должен самоотверженно отказаться от бессмертной славы героя, павшего от руки врага, и расхаживать с голой грудью, не украшенной ничем, кроме ордена мерзлого мяса

И ведь как это трудно: дома — всего лишь приказчик или маленький клерк, а теперь принадлежит к числу господ, новой человеческой элите. Разве легко достойно представлять этот возвышенный тип человека, вести соответствующий образ жизни — охота, парусный спорт, жить в конфискованных частных квартирах, в окружении местных услужливых духов…

Или другой вариант: уже слегка поросший мхом, с выпирающим животиком, распространяющейся лысиной, неуверенной походкой и вставной челюстью, дома трепетно ждущая жена и куча детей, а здесь приходится содержать молодую любовницу, одну из дочерей местного народа; такому от природы мирному, безобидному, предпочитающему домашние тапочки и чаще всего подкаблучнику, вовсе не легко подавить в себе то немногое человеческое, что в нем еще осталось, и пробудить в себе брутальные инстинкты и дать волю своей ярости, чтобы надлежащим образом продемонстрировать жалким беззащитным обитателям, что такое господин, и при этом еще себя таковым чувствовать.