Старательно пряча взгляд за очками, Юля пристально разглядывала парня.
Какой верзила… Худющий! И лопатки выпирают… Вон, загривок весь выгорел… А руки крепкие, качается, наверное!
Парень выглядел довольным и веселым, и это почему-то привело Юлю в страшное раздражение.
Как смеет кто-то в этом гадком месте быть таким довольным!
Как смеет кто-то с таким удовольствием работать, когда она даже и думать не желает об этом гадком физическом труде!
Как смеет кто-то смотреть на нее так… и улыбаться, когда ей плохо… и видеть, как она краснеет!
Вылезая из машины, девочка демонстративно хлопнула дверью. Она чувствовала, что одним врагом в этом мире у нее стало больше. У самого входа в дом она обернулась, чтобы выяснить, куда смотрит ее новый враг. Почему-то она почувствовала разочарование — он смотрел не на нее, а на только что оставленный ею джип.
3
Роман проводил девушку насмешливым взглядом, а потом повернулся к джипу. Он сразу же догадался, что эта фифочка — хозяйская дочка. Кто же еще мог так вольно обращаться с хозяином и его шикарной машиной! Вон как дверью хлопнула — так же замки сломать можно. А с этой машиной нужно обращаться нежно, бережно — все механизмы у нее отлажены и подогнаны друг к другу так, что она отзывается на любое прикосновение. Для того чтобы закрыть дверь, достаточно просто слегка тронуть ее пальцем…
— Петр Василич, мне помыть машину? — Роман, упиваясь видом совершенных, идеальных автомобильных форм, не замечал, что хозяин с усмешкой наблюдает за ним.
— Да. А потом отгони ее в гараж.
— Отогнать? Мне? Самому? Вы разрешаете? — В глазах парня светилось такое счастье, что Юлин папа, отвернувшись, вздохнул.
— Ты знаешь, — вырвалось вдруг у него, — у меня всю дорогу что-то в коробке стучало. Не пойму, что это было?
— В коробке? — Парень нахмурился. Лицо его выражало такую искреннюю озабоченность, словно речь шла о близком существе. И если бы кто-нибудь понаблюдал за собеседниками во время последовавшего короткого разговора, непременно решил бы, что они обсуждают что-то серьезное, важное обоим.