В Сосновке новое пополнение принимал младший командир с четырьмя треугольничками в петлицах — старшина Петров.

Степенный и неторопливый, девушкам он казался уже немолодым человеком, хотя на самом деле ему не исполнилось и двадцати пяти лет. Его светлые брови были насуплены.

— Фамилия? Имя, отчество? — коротко спрашивал старшина и делал какую-то отметку в записной книжке.

— Строгий у нас начальник, — сказала Рите девушка, пришедшая одновременно с ней.

— Да, кажется, сердитый, — согласилась Рита. Она немножко оробела от пристального, внимательного и словно бы недовольного взгляда, которым окинул их старшина.

Потом, узнав начальника получше, Рита поняла, что он совсем не сердитый человек, а скорее добрый и мягкий. Строга армейская служба. К тому же старшина Петров был недоволен и расстроен в тот день. Его расстроило новое назначение.

…Война шла уже год, и Петров участвовал в ней с первых дней. Часть, где он служил, постоянно находилась на переднем крае. Сапёры ставили мины, устраивали всевозможные ловушки для вражеских танков. Они дежурили в траншеях, чтобы первыми встретить вражеские бронированные машины.

В середине зимы Егора Степановича ранили. Немецкий снайпер выследил, когда он пробирался в боевое охранение. Пуля попала в грудь и прошла у самого сердца.

— Повезло вам, ещё бы сантиметр… — сказал врач.

Егора Степановича решили отправить в тыл. Он лежал на носилках в кузове грузовика. Заиндевелый, замёрзший город медленно уплывал от его взгляда. Кто мог сказать, увидит ли он этот город снова?

Петров хотел обязательно вернуться в Ленинград, в свою часть.