Правда, в Советском Союзе ракетчики-энтузиасты уже с 1932 г субсидировались ОСОАВИАХИМом и Управлением военных изобретений РККА, а в 1933 г. был даже создан Реактивный научно-исследовательский институт (РНИИ). Однако, после ареста и казни в 1937 г. главнокомандующего Красной Армией М. Н. Тухачевского многие советские ракетчики разделили судьбу опального маршала. Кроме того, в 1938 г в связи с приближением войны в РНИИ были прекращены все работы со сроком завершения более трех лет и вся деятельность была сосредоточена на разработке реактивных снарядов и ракетных ускорителей для самолетов.

Только создание и боевое применение германской армией баллистической ракеты А-4 (известной более как V-2 – «Фау-2»), заставило лидеров СССР и США обратить особое внимание на ракеты дальнего действия.

Именно после этого первопроходцы и энтузиасты были привлечены к широкомасштабной государственной ракетной программе, которая непосредственно и привела к созданию не только ракетно-ядерного вооружения, но и космических ракет.

В 1944-45 гг. в СССР стали формироваться группы специалистов для изучения трофейных материалов по ракете А-4 и уже тогда ставилась задача создания аналогичного оружия. Показательно, что в США стремления военных ведомств расширить сферу своего влияния и, соответственно, объем финансирования стимулировали интерес к разработке управляемых ракет как в ВВС, так и в ВМФ и Армии (Сухопутных войсках). В СССР же нарком авиационной промышленности Шахурин уклонился от ракетной тематики, считая, вероятно, что у него будет достаточно хлопот и с переходом на реактивную авиацию. За освоение баллистических ракет взялся нарком вооружений Д. Ф. Устинов, отвечавший в годы войны за выпуск артиллерийских систем.