Представленный сначала как «союзное министерство по космосу» Главкосмос был воспринят на Западе как «советское НАСА». Судя но названию он действительно мог задумываться как нечто подобное, но фактически его главной задачей стал поиск клиентов для коммерческого использования РКТ, т.e. запусков иностранных спутников советскими носителями и полетов иностранных космонавтов на советских кораблях. Таким образом, Главкосмос стал лишь «крышей» или несекретным посредником для продвижения на зарубежный рынок продукции все еще засекреченной космической промышленности СССР. Когда же в 1988 г. род занятий МОМа перестал считаться государственной тайной и Главкосмос официально получил статус управления МОМа, он окончательно уподобился не НАСА, а скорее отделу сбыта крупного аэрокосмического концерна.

Дальнейшие видимые изменения последовали только во второй половине 1989 г. и были связаны с реорганизацией высших эшелонов руководства, поэтому об их воздействии снова можно говорить применительно ко всему военно-промышленному комплексу.

Создание нового высшего законодательного органа – Съезда народных депутатов СССР и преобразование прежнего декоративного Верховного Совета в постоянный парламент должны были изменить прежний характер принятия решений объединенными постановлениями ЦК и Совмина и поставить исполнительную власть под опосредованный контроль избирателей, т.е. населения страны.

Однако порядок выборов народных депутатов СССР обеспечил внушительное представительство на Съезде всех высших слоев действующей военно-промышленной иерархии – министров, партийных руководителей, директоров заводов и военачальников. Выборы на Съезде Верховного Совета обеспечили еще большую концентрацию этих слоев в парламенте. На третьем же этапе сортировки депутатов представители ВПК, "как наиболее компетентные в данных вопросах" взяли под контроль комитеты и комиссии Верховного Совета ведающие вопросами их же профессиональной деятельности.