И понятливые, крепкие парни принялись перегружать из самолета в «вертушку» ящики без маркировки…

Подлетая к Исламабаду на «Старлифтере», Эдди пялился в иллюминатор и недоумевал. Сверху город казался огромным. С хорошими дорогами, современными отелями, пальмовыми рощами, с маркетами и стадионами… Подумалось: «А здесь ничего! Не самый худший вариант!.. Зря меня пугали сослуживцы. Далеко не Сан-Франциско, но жить тут, пожалуй, можно».

Однако уже через полчаса, когда небольшой вертолет взлетел с аэродрома Чаклала и взял курс к западным провинциям Пакистана, капитан печально взирал на проплывавшие внизу безжизненные пейзажи и сокрушался: «Да уж… есть у нас в Штатах дерьмовое местечко; пустыня Невада. Бывал я там пару раз… А здесь, похожее, вся страна — сплошная Невада…»

Спустя полтора часа вертолет приземлился на северо-западной окраине городка Кветта. Непосредственно до базы учебного лагеря вертолеты доставить пассажиров не могли — слишком высокие скалы окружали военный городок. Посему четверым одетым в неброскую штатскую одежду крепким парням — сержантам американской армии — пришлось перегружать под тент грузового «Доджа» несколько длинных деревянных ящиков, выкрашенных в защитный серо-зеленый цвет. Маккартур занял место рядом с водителем в кабине, подчиненные уселись в кузове. И потрепанный грузовичок в сопровождении машины с сотрудниками пакистанских спецслужб заколыхался на неровностях отвратительной дороги…

И опять капитан лениво потирал крепкий подбородок, «любуясь» местными достопримечательностями: то ухмылялся странным нарядам местных мужчин — широким белым штанам и тонким белоснежным рубашкам до колен, то переводил унылый взгляд на однообразную равнину грязно-песчаного цвета. То, вытирая платком мокрую шею, морщился от невыносимой жары: «Черт… ведь пока только июль! А впереди еще август… Да и осенью здесь, говорят, такое же пекло!..»

За двадцать пять минут последнего этапа путешествия за окнами дважды мелькали зеленые пятна скупой растительности, и столько же раз дорога кружила вокруг невысоких сопок, на глазах вдруг перераставших в скалистые горы. Однажды то, что называлось дорогой, едва не оборвалось ущельем — грузовик плавно подвернул и прополз в опасной близости от бездны. На том разнообразие пакистанских пейзажей заканчивалось.