Десять лет. Для истории этот срок незначителен. А для одного поколения — приличная часть сознательной жизни. Десятилетняя война — реальность, факт. Бремя для государства. Боль для народа. Горькая, невосполнимая утрата для близких, чьи сыновья, братья или отцы не вернулись домой.

Действия книги разворачиваются в боевом вертолетном полку, расквартированном на аэродроме Джелалабада. Я хорошо помню этот полк, помню нескольких его командиров, поочередно сменявших друг друга. Помню и вынужденную посадку капитана Шипачева, ставшую первой в серии благополучных посадок наших вертолетчиков после атак ракетами «Стингер».

В то время я не знал Константина — мы познакомились много позже, после вывода наших войск из Афганистана. Но сути это не меняет — его мужественный поступок стал достойным событием в истории боевого применения Армейской авиации. Своими грамотными и молниеносными действиями капитан Шипачев доказал, что даже после серьезного повреждения возможно спасти экипаж и машину.

Вертолеты вообще оказались чрезвычайно живучими, хотя это замечательное качество подчас зависело от случая, от удачи. К слову, однажды я вернулся на аэродром с двадцатью семью пробоинами в машине. Главное, чтобы при этом не были задеты жизненно важные узлы воздушного судна, но еще главнее — чтобы оставались живы пилоты. А так вертолет может быть изрешечен, как дуршлаг, может представлять собой одну большую дыру, но до аэродрома он все равно дотянет, не подведет.

Как-то в бою одной нашей машине полностью обрубило снарядом нос. Приборная доска — та, что занимает большую часть потолочной панели, оказалась у экипажа на коленях. Командир экипажа, сидящий в кабине слева, едва мог двигать педалями — так его придавило. Но, тем не менее, он сумел посадить вертолет на пару минут — с коленей убрали тяжеленную доску, навели в кабине кое-какой порядок. И продолжили полет. И, представьте, долетели до родной базы, хотя до нее было ой-ой как далеко. У пилотов ноги с педалями как бы висели в воздухе, над головами тоже зияла дыра, сквозь которую палило обжигающее солнце. А вертолет, тем не менее, дотянул до аэродрома. Разве это не удивительно!