И было в нем очень шумно, душно и грязно. Воздух был спертым. У билетной кассы, как правило, никогда не было должного порядка, образовывалась большая толчея, лезли к окошку кассира без очереди, и нередко возникали драки. Обыкновенному пассажиру купить билет на поезд дальнего следования было исключительно тяжело. В основном это было связано с тем, что станция была для Москвы и других городов не конечной, и поезда только проходили через нее с вагонами, заполненными пассажирами где-то уже заранее. Кстати, кажется, с 1939 года на станции Канаш организовали предварительную продажу билетов на поезд № 65 Казань – Москва, но и это не гарантировало того, что можно будет сесть в указанный на билете вагон или на поезд вообще. Из-за всего этого я до сих пор с ужасом вспоминаю те времена, когда приходилось уезжать поездом из Канаша в Москву (а ехать оттуда в Канаш было несравнимо легче). Очень не люблю эту станцию и сейчас.

В тот день в Канаше, не сдав чемоданчик в камеру хранения и даже не пообедав в местной столовой вопреки совету родителей, давших мне с собой около 400 рублей денег (из них примерно 100 рублей находилось в нагрудном кармане пиджака, а 300 рублей мама предварительно зашила изнутри заплаткой к моей нательной рубашке, чтобы «все деньги сразу не украли»), я до вечера провел время на станции и возле нее. Затем, около 19 часов, как мне рекомендовали родители, разыскал дежурного по станции, показал ему письмо из академии, и тот помог мне, как «непростому военному», немедленно и без очереди приобрести за 35 рублей билет категории «сидячий плацкарт» для посадки на поезд номер 65 Казань – Москва, который должен был прибыть примерно через 1,5 часа. Билет мой был самый дешевый – только для сидения, хотя я мог купить и более дорогой – плацкартный для лежания.

Когда поезд прибыл, я спокойно подошел к своему общему вагону, вошел в него, предъявив проводнику билет, нашел предназначенное мне нижнее место и уселся на нем, перекинувшись несколькими словами с соседями.