Не во всех кабинах были на стенках розетки для дополнительного электроосвещения жилья настольной лампой или для его обогрева, а также для подключения сетевого радиорепродуктора. Поэтому для дополнительного использования электроэнергии некоторые жильцы вставляли в патрон для электролампы у потолка так называемый «жулик» – аналогичный же черный эбонитовый патрон, имеющий на боковой поверхности дырки, куда можно вставить соответствующий штепсель с электрошнуром.

Громкие шум и разговоры в коридоре всегда были хорошо слышны в кабине, так как ее наполовину стеклянные задние стенки легко пропускали звук. Боковые стенки кабин также не были хорошо звукоизолированными. Все это сильно мешало проживавшим, и особенно – при выполнении ими домашних заданий по учебе и… во время пребывания в кабине гостей, поскольку у нас тогда подавляющее большинство проживавших были мужчинами, а у многих из них в разговоре царил сплошной мат. Кроме того, в ночное время или темным вечером, погасив в своей кабине свет, можно было у себя на стекле окна увидеть сбоку частично отражение того, что творится в ярко освещенной соседней кабине (в частности, то, что сосед делает с находящейся у него девушкой). У некоторых жильцов, и особенно у женщин, были на окне занавески.

По-видимому, архитектор дома, проектируя его, рассчитывал, что в каждой кабине будет проживать только один человек. Но фактически сделали так, что почти во всех кабинах жили по два человека. По обеим боковым стенкам кабины стояло для каждого жильца по пружинной или непружинной металлической кровати (мы старались отхватить ее как можно более узкую для экономии места) с матрацем, и между ними располагался один общий узкий письменный стол.