Штангер бесшумно подкрался к машине, зашел с правой стороны, вскочил на подножку, рванул на себя дверцу и мгновенно оценил ситуацию.

— Тихо… Пикнешь — убью… — прошипел он сквозь зубы, упираясь стволом «шмайсера» в бок застигнутого врасплох водителя.

Перепуганный немец поднял руки. Штангер захлопнул дверцу кабины, придвинул к себе стоявшую на сиденье винтовку водителя и коротко бросил по-немецки:

— Заводи!… Только не вздумай кричать или сигналить… Пристрелю на месте… Поехали!

Затарахтел стартер. Заработал мотор. Немец дрожащими руками включил скорость.

— Что это за город?

— Пружаны… — стуча зубами, ответил немец.

— Ах, Пружаны, — задумчиво проговорил Штангер. — Поезжай кратчайшей дорогой за город в направлении Беловежа. Если наткнемся на засаду — погибнешь первым…

— Слушаюсь, герр…

— Поехали! Быстрее!…

То и дело косясь на немца, Штангер внимательно смотрел на улицу, по которой они ехали. Она казалась вымершей. Ракеты взлетали где-то правее их.

— Все выезды из города охраняются… Посты и шлагбаумы, — осмелился наконец пробормотать немец.

— А далеко отсюда до контрольного поста на шоссе и Беловеж?

— Около километра.

— Прибавь газу! — И Штангер подтолкнул немца и бок стволом «шмайсера».

Автомашина, ревя мотором и светя щелочками затемненных фар, мчалась по городу на огромной скорости, подпрыгивая на ухабистой мостовой. Подъехали к какому-то перекрестку, свернули, судя по всему, на одну из главных улиц. Здесь Штангер велел немного сбавить ход. Все чаще стали попадаться патрули. Некоторые из них с любопытством смотрели на мчавшуюся автомашину с номерным знаком вермахта. Но пока никто не задерживал ее. Мимо промелькнули несколько грузовиков с солдатами, вызванными, видимо, на помощь участникам облавы.

— Через триста метров — пост и шлагбаум, — прошептал немец, судорожно вцепившись в руль.