На лоб спускалась темно-русая прядь волос, которую он то и дело нетерпеливым жестом отбрасывал назад. С виду ему было не больше тридцати. Здесь, в уединенном подмосковном домике, спрятавшемся среди садов, он жил уже несколько недель. Когда ему иногда приходилось покидать свою квартиру, он искусно менял свою внешность и надевал темные очки. В свободное время, которого оставалось не так уж много, он читал или гулял но заросшему густым кустарником саду, вспоминая отдельные эпизоды из своей жизни, полной опасностей и приключений. И теперь, расхаживая взад и вперед по комнате, дожидаясь наступления утра и приезда друзей, он мысленно возвращался к тому, что пережил.

Офицером разведки он был уже не первый год. Свою разведывательную деятельность он начал еще до войны. Теперь это казалось ему далеким прошлым. События его жизни между сентябрем 1939 года и июнем 1941 года казались ему прологом к тому, что предстояло сделать в ближайшее время…

Он знал, что скоро вернется на оккупированную гитлеровцами территорию и будет вести беспощадную борьбу с жестоким и коварным врагом. Ему хотелось как можно скорее включиться в эту борьбу. Из газет и сообщений по радио он знал, что наши войска отступают но всему фронту, что весь мир с беспокойством следит за смертельной схваткой Красной армии с фашистскими полчищами.

«Что меня ждет там, в тылу врага? — думал он про себя. — Как примут в абвере? Застану ли я тех, кто знает меня, и как они встретят после нескольких месяцев моего отсутствия? Не вызову ли я у них подозрений? Впрочем, учитывая военную обстановку, алиби у меня вполне надежное…»

В последнее время он усиленно, с утра до вечера, изучал новейшие методы шифровки, конструкцию современных раций, знакомился с устройством мин различного назначения. Все, чему он здесь учился (хотя Штангер и не был новичком в этом деле), должно было ему пригодиться там, куда он возвращался.

Ежедневно в этот уединенный домик наведывались двое мужчин в штатском. Это были специалисты по разведке Германии, генерал и майор. Вместе с ними Штангер уточнял планы будущих разведывательных операций. Они учили его стратегии и тактике борьбы, которую ему предстояло вскоре вести самостоятельно, в одиночку.