Вот и сейчас после неожиданной резкой боли и ужасающего крика о надвигающейся беде Нина Николаевна не могла уснуть и ждала шестичасовых утренних новостей…

С первых же минут диктор сообщил о прорыве отряда террористов через позиции наших войск. Никаких видеосъемок не демонстрировалось, и телеведущий сказал о большом количестве убитых боевиков и об одном погибшем полковнике российской армии…

Сведений о других погибших не было, и это только обнадежило хрупкую женщину. Все переживания, тревога и тоска куда-то внезапно исчезли и наступило какое-то странное спокойствие и умиротворение.

- Радуев прорвался. Из наших убит полковник Стыцина. Погиб только он один, - сообщила она за завтраком мужу, который рано отправлялся на работу.

Но спустя неделю на рабочем столе отца зазвонил телефон, и знакомый офицер из райвоенкомата, не говоря о причинах, попросил его срочно подойти в военный комиссариат.

Стародуб - городок небольшой, и через пять минут встревоженный и предчувствующий недоброе Алексей Александрович входил в служебный кабинет начальника одного из отделов РВК. Офицер военкомата, едва увидев его, медленно вышел из-за стола:

- Лейтенант Винокуров… Александр Алексеевич… ваш сын? - спросил он и, получив утвердительный ответ, продолжил.-Он в Чечне служил?

- Как в Чечне? Почему служил? - дрогнувшим и сразу севшим голосом спросил отец.

Он смотрел в повлажневшие глаза своего давнего знакомого и тут понял, почему его так срочно вызвали в военкомат.

- Ваш сын убит. Примите мои соболезнования. Его уже привезли в Брянск, нужно ехать за ним, автобус уже ждет… - скороговоркой проговорил военкоматчик. - Надо держаться…

Отец - сам бывший подполковник Советской Армии, постарался скрыть набежавшую слезу и держаться уверенно, но голос предательски выдавал его мучительную боль: