— И все-таки я пойду… Мне просто необходимо…

— Тебе нужен саквояж? Я одолжу тебе свой, и рубашку тоже, и пижаму. Все, что пожелаешь.

— Мне еще надо взять документы…

— Ты…

Его прервал телефонный звонок.

— Прости, я мигом!

Нескладно ступая (он был давним членом клуба тяжеловесов), Тентен направился в столовую, а Андре Ведрин взял со своей тарелки косточку и еще раз обсосал ее. Он чувствовал себя великолепно. “Рагу у Маринетты — чудо кулинарного искусства!”

В маленькой опрятной кухоньке с приятной бело-голубой мебелью было тепло и уютно. “Здесь чувствуешь себя в безопасности. Комната словно создана для спокойной, мирной жизни”.

Андре Ведрин улыбнулся, вспомнив о пистолетах и автоматах, спрятанных в подвале кафе в пустой бочке. Хотелось спать, и он утомленно закрыл глаза.

“Счастливчик Тентен. Своим вином он зарабатывает на все необходимое: и еда есть, и выпить найдется — словом, ему завидуют многие. Да это и не удивительно, у него собственный виноградник и кафе. Он — храбрый человек. А его жена? Где теперь она, Маринетта? А-а, поехала к матери в Понтжибо. Пробудет там до завтрашнего вечера…”

Он задремал.

— Эй, Деде! Тебя что, разморило? Это тебя!…

Андре вздрогнул и удивленно уставился на Тентена.

— Что меня?

— Звонят тебе, не понимаешь?

— А-а!

— Да проснись ты, черт сонный!… Это Перришон… Мато!

— Мато? Да не может быть, — вмиг проснувшись, Андре поспешил к телефону. — Алло, это Ламбертен! Привет… Ты звонил в гостиницу? Да, решил остаться у Тентеиа… Ну, хорошо, хорошо… Договорились. Всего наилучшего… Он положил трубку и задумался.

— Зачем ты понадобился Мато?

Андре даже вздрогнул от неожиданности: Тентен стоял сзади, а он и не слышал, как тот подошел.

— Завтра я в Лион не еду… Должен встретиться с ним в девятом часу, когда начнут работать учреждения.