— Пожалуйста, иди.

Я уже открыл дверь, но Маргарет подошла ко мне.

— Гарри!

— Да?

— Я буду паинькой.

— Ну и молодец.

— Не задерживайся. Возвращайся поскорее, будем ждать здесь вместе. Обещаю не пить без тебя.

— Я скоро вернусь.

В дверь протолкался Бадди Эвенс, молодой человек, нанятый мною в качестве мальчика на побегушках.

— Истребители эскорта встретили самолет над Кливлендом. Значит, сюда они прибудут примерно на полчаса позже, чем предполагалось.

— Как у нас с толпой?

— По мнению фараонов, тысяч восемнадцать собралось.

— Детей привезли?

— Да, в двенадцати автобусах. Я роздал всем флажки.

— Прекрасно.

— Гарри, не знаю, стоит ли отвлекать тебя этим, но Айрин Миллер хотела бы взять интервью у миссис Бронсон.

— Сказал тоже — отвлекать! Да по такому поводу можешь отвлекать меня когда угодно и сколько угодно. Что ты скажешь, Маргарет? Можешь дать интервью?

— Конечно. По крайней мере, скорее время пройдет.

— Будь осторожна с Миллер. Она чертовски умна.

— После двухмесячного общения с тобой я расправляюсь с умниками, как повар с картошкой...

— Хорошо, хорошо. Бадди, давай ее сюда!

Бадди скрылся за дверью.

Я подошел к столу и взял наполовину наполненный бокал Маргарет. Когда Айрин Миллер вошла в кабинет, я держал бокал в руке и отпивал вино.

— Наше солнышко еще не показалось, Гарри? — спросила она.

— Пока я вижу его только в мечтах.

Я терпеть не мог Айрин Миллер. Во-первых, потому что ее лицо напоминало изображение на фальшивой камее. Во-вторых, потому что она всегда ухитрялась как-нибудь уколоть. Но Миллер печаталась в сорока семи газетах одновременно, а потому можно было терпеть от нее пакости и похуже.