— Николай, выйдем во двор.
Оказавшись на воздухе, Николай вздохнул полной грудью. Словно парусники, плыли по небу белые облака. Выглянувшее из-за них солнце начало пригревать землю.
— Смотри, никакой охраны, — тихо проговорил Рогов. — Уходи. Двое часовых спустились вон туда, к морю.
— А вы?
— Уходить надо по одному. Я пережду, а потом тоже подамся. Жди меня дома.
Не раздумывая больше, Николай спокойно вышел со двора и, оглядевшись по сторонам, быстро зашагал к городу.
II
Четверо людей находилось в большой, обставленной старинной мебелью комнате. На «семейный совет» собрались братья Кирсановы.
Старший из них, Дмитрий, — невысокий лысеющий человек — стоял у окна. Николай и Юрий сидели за круглым столом и курили. Самый молчаливый, Алексей, — бледный и худой — расположился в кожаном кресле с высокой спинкой.
— Вы знаете, о чем я сейчас думал? — отворачиваясь от окна, спросил Дмитрий. Довольная улыбка появилась на его важном одутловатом лице.
— Где же нам угадать? — с легкой насмешкой отозвался Николай. Это был седой человек с длинным лицом, в поношенном, но тщательно отутюженном костюме. — Наверное, ты думал о том, как была бы счастлива наша матушка, если бы дожила до этого дня.
— Не угадал, милый братец! — довольно воскликнул Дмитрий. — Об этом я думал вчера, когда они драпали. Неужели и мы так выглядели в девятнадцатом?
— Объективности ради следует заметить, что мы — хуже, — сказал Николай.
— Но мы драпали с чемоданами, а они с пустыми руками. Им нечего положить в чемоданы, этим нищим энтузиастам, — ворчливо проговорил самый младший из братьев, Юрий Кирсанов — розовощекий блондин с гладко зачесанными на пробор волосами.