— Иди, иди, находишься, тогда увидишь…

Она знала, что попытки удержать сына в таких случаях безуспешны. Всегда это кончалось ссорой, и Юрек все равно уходил, к тому же обиженный и злой.

Здзих с нетерпением ждал его.

— Копаешься, как старая баба.

— Знаешь, не мог быстрее.

Они пошли вдоль улицы. Здзих кусал губы, искоса посматривал на Юрека, не решаясь начать настоящий разговор.

— Виделся я с Эдеком, — начал он издалека.

— Ну?

— Здорово у партизан! — бросил Здзих неохотно.

Юрек не ответил. «Болтовня! — подумал он. — Будто я не знаю, что здорово».

— Ну и что? — отозвался он после долгого молчания.

— А ты пошел бы?

Юрек остановился у изгороди, пальцами дотронулся до штакетника.

— Мы уже раз ходили.

— Но теперь уже по-настоящему.

Некоторое время они шли молча. Вдали поднимались строения островецкого завода. Здзих смотрел в их сторону.

— Знаешь, я тоже не хотел бы, как в прошлый раз… От нас зависит, чтобы получилось иначе.

— Где там, зависит…

— Понимаешь, без оружия не получится, — продолжал Здзих. — А вот будет у нас оружие, тогда другое/ дело.

— Мудрец. Да только где взять?

Здзих ждал этого вопроса. Он остановился и еще раз испытующе взглянул в лицо товарища.

— Юрек, — произнес он медленно и серьезно, — не отказался бы ты от налета?

— От чего?

Здзих слегка коснулся его плеча. Навстречу им шел паренек их возраста. Поравнявшись с ними, он бросил взгляд в сторону Здзиха и небрежным жестом поднес руку к шапке:

— Привет!

— Привет…

— Что это за тип? — спросил Юрек, когда тот исчез за углом.

— Его зовут Петрушка. Удрал из юнаков.

— Давно ты его знаешь?