— Нифига себе! — в голос сказали Саенко и Матвеев.

— Вот и «нифига»! Так что, парни, предельная внимательность! Стрелять только по моей команде!

— Есть, — кивнули оба.

— И курить тут не вздумайте!

— Есть…

Саня пошел дальше. Все разведчики сидели в готовности, никто не спал. Как только он вернулся на свое место, на него по связи вышел Егоров:

— Впереди кто-то ходит… — тихо сказал сержант.

— Далеко? — так же тихо спросил в рацию Пешков.

— Метров сто, не дальше.

— На что похоже? Может, животина какая?

— Да нет, мне показалось, что огонек зажигалки был…

— Зажигалки?

— Да, будто прикуривал…

— Сейчас видно что?

— Сейчас не видно. Что нам делать?

— Наблюдать!

— Есть…

Саня тут же связался со своими наблюдателями, сидящими с торца развалин, ближайших к поселку:

— Предельное внимание! Егоров заметил какое-то шевеление!

— Есть… — отозвалась фишка.

— Что там? — спросил Серебров.

— Кто-то ходит… вроде даже прикуривал.

— Ясно.

Саня взял в руки ночной бинокль, включил его и стал рассматривать окрестности. Небольшой ветерок заставлял подрагивать ветки, и местами создавалось видение, будто это не ветки, а человек стоит. Саня несколько раз пугался, но тут же осаживался, рассмотрев видение более внимательно. Потрепав таким образом себе нервы, он выключил прибор, доверившись глазам и ушам наблюдателей.

Стрелка часов зашла за полночь. За стенкой забулькала вода и тут же все стихло. Кто-то из разведчиков, видимо, пил из фляжки воду. Тут пару раз щелкнула рация, Саня быстро надавил тангенту:

— На связи!

— Это Щука… тут из леса человек вышел, постоял немного, в сторону развалин посмотрел, потом обратно в лес ушел. Он в бинокль смотрел.