– Вертолет уже вызвали… Уже летит… Вертолет сейчас будет… Ты потерпи…
Сейчас в госпиталь тебя отправим…
Доктор подготовил перевязку и начал аккуратными и быстрыми движениями перевязывать голову раненого. Бинт сразу же промокал алыми пятнами, но с каждым слоем пятна все уменьшались, и вскоре голова стала похожа на большой белый шар с редкими пятнышками алого цвета.
Доктор окончил перевязывать и встал:
– Бедняга… Могут не довезти…
Я тоже встал и пошел к своей дневке. В моей группе тоже был раненый, и его надо было подготовить к эвакуации. Ранен он был навылет в обе ноги еще в самом начале боя. Сейчас он лежал на спальных мешках с блаженной улыбкой от вколотого промедола и тоже ждал вертолета. Оба раненых были пулеметчиками, и, наверное, тяжесть пулемета и патронов делала их неуклюжими и заметными на поле боя. Я шел к своим, чавкая по каше из подтаявшего снега и грязи, и подбирал новую кандидатуру для замены выбывшего пулеметчика в своей разведгруппе.
Проходя мимо оборудованной для пулемета ПКМ позиции на моем левом фланге, я почему-то замедлил шаг, и какое-то смутное и тревожное чувство охватило меня.
Эту огневую точку должен был занимать мой штатный пулеметчик, но утром он был ранен, и теперь нужно было искать ему замену. Я мысленно перебирал в уме весь личный состав моей группы, но никто не умел обращаться с пулеметом так, как это необходимо в бою. Поэтому единственной достойной кандидатурой на замещение вакантной должности пулеметчика была… Я отогнал от себя тревогу и печаль и зашагал дальше. После всего пережитого сегодня как-то не хотелось думать о завтрашнем дне.
Ярко светило солнце, настроение было отличное, потери минимальные – красота. Я даже не подозревал о тех событиях, что произойдут через двое с половиной суток, по сравнению с которыми сегодняшний штурм покажется детской прогулкой.
Но всего этого знать мне было не дано, и потому я с легким сердцем сбежал по склону к костру первой группы, где меня уже ждал крепкий чай с черными сухарями.
Глава 1. ПЕРЕНАЦЕЛИВАНИЕ
Вот уже минут с пять-десять я пытался сосредоточиться и основательно поработать над топографической картой, но мне мешало это сделать какое-то странное чувство.