Не беда, если упущение обнаружат на таможне, когда у него уже будет на руках билет на обратный самолёт. Не отправят же журналиста из аэропорта в тюрьму. Максимум, что могут сделать из-за просроченной визы, – прикрыть ему въезд, и Сергей больше не сможет посещать эту страну. Такое случилось с героем фильма «Брат-2». Но и это навряд ли – Югославия не США. Мы же «братушки»! Плохо только, если нарушение законодательства обнаружится где-нибудь в глухом месте – там и на неприятности можно нарваться. Так что лучше визу продлить.

Следователь, сидевший за столом, оживился, сразу определив в Комове русского. Он приветливо махнул рукой, приглашая журналиста войти, и указал ему на стул перед собой.

– Давайте ваш паспорт, – сказал следователь. Он был одет в синюю форму, на погонах у него блестело по три звёздочки.

Сергей протянул паспорт чиновнику, тот с интересом стал его листать, постепенно приветливая улыбка на его лице каменела, будто он углядел в паспорте Комова, нечто крайне непристойное. Может, цифры номера, которые в нём стояли, на самом деле были какой-то шифровкой, о которой Сергей даже и не подозревал, но чуткий взгляд следователя тут же её расколол? В последнее время ко всем иностранцам здесь относились с некоторой долей недоверия: поди разберись, кто на самом деле приехал в страну под видом журналиста. Это ведь очень лёгкий способ прислать сюда шпиона, который потом будет сообщать по мобильному телефону результаты бомбардировок и наводить самолёты на новые цели.

– Виза просрочена, – сказал по-русски следователь, он неплохо изъяснялся на этом языке, пусть и с приличным акцентом, но все слова были понятны.

– Да. Времени всё никак не было к вам зайти, – согласился Сергей и пояснил: – Работы было много.

– Работы много… – повторил следователь, о чём-то задумавшись, потом сообщил: – По нашим законам нахождение в стране свыше месяца предполагает наличие разрешения на работу, – и он по памяти процитировал какую-то из статей местного законодательства.