– Полный порядок, – сказал Пётр Иваныч, когда постреляли из всех автоматов.
По щитам очередями начали стрелять другие разведчики.
Я так нетерпеливо смотрел на Витю, что он понял:
– Пострелять хочется?
– Ага. Только можно из вашего автомата?
– Ложись! – скомандовал Витя.
Я упал на плащ-палатку и схватился за автомат. Витя лёг рядом:
– Ноги пошире раскинь. Переводчик у нас на одиночном? Правильно. Отводи рукоятку назад. Смелее. Щёку – к прикладу. Мушку видишь?
– Вижу.
– А прицел?
– Тоже.
Глаза у меня почему-то слезились, мушка прыгала и расплывалась.
– Вершина мушки и вот эта планка должны быть на одном уровне. А ну-ка попробуй. Получилось?
– Да, – соврал я.
Витя хитро посмотрел мне в глаза, поправил автомат, чтобы он ровнее лежал на вещевом мешке, и разрешил:
– Можешь стрелять.
Я хотел, как Витя, медленно нажимать на спусковой крючок – и всё-таки дёрнул его. Дуло автомата вспыхнуло огнём. Он подскочил.
– Не дёргай, – спокойно сказал Витя. – Сними палец со спускового крючка. Нажимай снова.
Второй раз получилось лучше.
– Теперь попробуй очередью.
Витя поставил переводчик на автоматический огонь. Я нажал на спусковой крючок. Прозвучала длинная очередь. Она оглушила и испугала меня.
– На первый раз хватит. Доволен?
Ещё бы! Если бы можно, я стрелял бы и стрелял…
4. УХОДИМ ИЗ ГОРОДА
Петра Иваныча вызвали в штаб полка. Скоро он вернулся и собрал всех разведчиков:
– Выступаем через час. Фрицы ещё ночью начали драпать дальше. Наш «язык» подтвердил. Будем догонять их. Может, скоро в бой введут.
Разведчики снарядили диски патронами, надели телогрейки, маскхалаты, накинули плащ-палатки. А мне недолго собираться. Застегнул пальто – и выходи. Я стоял возле Петра Иваныча и ждал его команды.
– Ты, Фёдор, будешь с Егорычем, – сказал он строго. – Поможешь ему, понял? Смотри, Егорыч, чтоб порядок был, – предупредил он дядю Васю. – Катись в своём обозе и не лезь вперёд. Я уж и так выговор от бати за тебя схлопотал. Что это, говорит, ваша шальная повозка путается в боевых порядках, решили на повозках в разведку ездить?