Свет горящей хаты и сюда доставал. Наши лежали на мокрой земле, а слева от них – бойцы-автоматчики.

Пётр Иваныч повернулся на бок и смотрел на нас.

– Принёс? – спросил он Яшку.

– Принёс. У меня патроны, у Федьки – гранаты.

– А ты откуда взялся?

– Они тут недалеко, в овражке, – ответил за меня Яшка. – И гранаты наши.

– Как у Егорыча?

– Порядок. Сам хотел подъехать. Дал Федьку, наказал сразу же обратно прислать.

– Пришлём. Чего стоишь? Ложись! – приказал мне Пётр Иваныч.

Я повалился на бок рядом с ним. Он нетерпеливо сдёрнул мешок с моей спины. Я закрыл глаза, полежал немного в полной темноте.

Пётр Иваныч вынимал гранаты из мешка и засовывал за пазуху. Потом раздал гранаты разведчикам. Разведчики и автоматчики снаряжали диски.

– Держи! – Пётр Иваныч протянул мне пустой, совсем лёгкий мешок.

Кто-то из разведчиков подал ему зажжённую цигарку. Он курил частыми затяжками и не отрывал взгляда от высоты. Она возвышалась чёрной громадой. Над ней по-прежнему с дрожащим светом поднимались ракеты. Не докурив цигарку, Пётр Иваныч отбросил её в сторону.

– Все снарядили? – спросил он жёстким голосом и скомандовал: – Бежать и ложиться по моей команде! А ты чеши к Егорычу! – приказал он мне. – Передай, пусть ещё гранат и патронов припасёт.

– Понял.

– Приготовились, – тихо сказал Пётр Иваныч.

Как только в небе погасла немецкая ракета, он крикнул: «Вперёд!» – приподнялся на руках, вскочил и побежал к высоте. За ним бросились остальные. Вспыхнула новая ракета. Наши тут же упали, слились с чёрной землёй. Ракета погасла. Я услышал топот. Наверное, они снова побежали. На высоте мелькнула вспышка и раздался далёкий гранатный взрыв. За ним второй, третий. Потом ещё и ещё. Это рвались наши гранаты! А слева на высоту накатывалось громкое «ура». Стреляли и винтовки, и пулемёты, и автоматы. Стрельба всё усиливалась.