— Как, не задыхаешься?
— Нет. Можно еще выше.
Ох какой храбрый! На большой высоте обморок может наступить незаметно. Перед этим наступает блаженно-сонное состояние. Летчик не испытывает болезненных ощущений. И горе ему, если поддаться этому самообману. Поэтому спрашиваю:
— Спать не хочется?
И только в наушниках прозвучал бодрый ответ ведомого, как я увидел пару Фокке-Вульф-160, пробирающихся в облаках к бомбардировщикам.
Истребители противника хотели подкрасться незаметно, но частые просветы в тучах выдали их. Враг нам сверху хорошо виден. А мы ему? Едва ли. Солнце надежно ослепляет врага.
«Фоккеров» обоих сбить можно разом. Сделать это с Тимохой было бы просто. Нужно попробовать и с Суламом. Обстановка на редкость благоприятна. К тому же напарник заметил врага и сообщил мне. Глаз острый. Пускай тренирует его и при атаке. Правда, я не надеюсь, что Суламу удастся уничтожить вражеский самолет. Зато лучшего случая поучить молодого летчика стрельбе не придумаешь.
Выбираю момент, когда удобнее всего обрушиться на вражеских истребителей. Нужно атаковать их при выходе из облаков. Выскочив из густой пелены, они на несколько секунд будут ослеплены солнцем.
И как только оба вражеских самолета исчезли в длинной гряде обликов, мы круто спикировали, притормозив свои машины там, где должны были снова появиться «фоккеры»!
Они выскочили из гряды одновременно и оказались перед нами, чуть ниже. Прекрасные мишени! Секунда-две на маневр — и самолет противника вписался в блестящие нити моего прицела. Снаряды и крупнокалиберные пули, ударившись о твердый металл, словно высекли из «фоккера» искры. Он вспыхнул и пошел вниз, оставляя за собой клубы дыма.