— Кто там?

У Цивки могло быть оружие, и лейтенант решил соблюдать осторожность.

— Да открывайте же, вам вызов на работу… Гоняют в такую рань! — ворчливо отозвался он и старчески закашлялся.

Цивка с минуту помедлил, затем приоткрыл дверь.

Воспользовавшись этим, Коваль рывком распахнул дверную створку и, тесня растерянного Цивку назад, вошел в комнату. За ним вошел Мехеда.

— Гражданин Цивка, прошу не шуметь! Вот ордер на ваше задержание и обыск квартиры, — сказал Коваль и многозначительно похлопал себя по карману брюк, где лежал револьвер.

Застывший было на месте Цивка, поняв значение этого жеста, бессильно опустился на стул. Он пытался что-то сказать, но губы его запрыгали, зубы начали выбивать мелкую дробь.

Мехеда прошел в глубь комнаты. Единственное ее окно было плотно завешено одеялом. Электрическая лампочка казалась тусклой из-за наполнявшего комнату пара — это кипел на электрической плитке чайник. Возле кровати, на тумбочке, лежала полупустая пачка папирос.

— «Шахтерские» курите? — спросил Мехеда, кивая на пачку.

— Ну, «Шахтерские»! А что, не по штату рабочему человеку? — вызывающе ответил Цивка.

— Так, между прочим спросил. Окурочек изволили неосторожно обронить возле хаты Косачева, — сказал, майор насмешливо. Глядя в упор на Мехеду, Цивка приподнялся со стула.

— Сидеть! — крикнул лейтенант.

Арестованный вздрогнул. Вобрав шею в плечи, он опять опустился на стул.

— Только четыре часа утра, а уже чаек подогреваете? — спросил Мехеда и подошел к шипящему чайнику. На стуле, возле чайника, стоял стакан с водой. Только опытный взгляд майора мог заметить, что она имеет слегка рыжеватый оттенок.

«Ах, вот оно что!» — молниеносно пронеслось в голове Мехеды. Он не сомневался, что его догадка правильна. Круто повернувшись к преступнику, он приказал: