Большую часть дня оба мои «пациента» ходили по Праге. Что они делали и что искали, я не знал. У Кодловых они чувствовали себя как дома… Кодлову я однажды отправил с Йозефом Стрнадом — настоящих имен молодых людей я не знал — к знакомому портному Формачеку, который тоже жил на Высочанах. Он сшил Йозефу прекрасный костюм.

По воскресеньям мы, знавшие о парашютистах, встречались на стадионе спортклуба «Высочаны» и там обсуждали, что еще нужно сделать, чем помочь им.

Там, на стадионе, Пискачек и рассказал мне, что встретился с обоими юношами в январе 1942 года. С тех пор началась его незаметная, но важная повседневная работа: забота о ночлеге, питании, документах… В это дело включилось много людей, которые даже не знали, откуда появились эти юноши — с Востока или с Запада и что они собираются здесь делать. Только после покушения я узнал их настоящие имена и фамилии — Ян Кубиш и Йозеф Габчик.

Почти все, кто помогал им, заплатили за это жизнью: были казнены вся семья Пискачеков, Кодловы, Лычковы; я остался в живых по чистой случайности.

Вечерами, прогуливаясь вдоль Влтавы, вспоминаю, думаю. Правильно ли они поступили? Было ли это необходимо? Наверное, да… Не знаю.

ПЕРВЫЕ ПРИГОТОВЛЕНИЯ

— Давайте поспорим! — воскликнул Зденек и задорно посмотрел мне в глаза. Нога у него уже не болела.

— Вы уверены? — спросила я.

— Абсолютно. До ваших именин война кончится. А тогда мы с вами выпьем.

Мы ударили по рукам. Мои именины — день Антонии — 13 июня. Зденек был великий оптимист. Нам было с ним легко. И так хотелось надеяться, что война скоро кончится…