— Черт побери! Вот это да! — первым вслух восхитился Лазарев. — Двойной иммельман на этой летающей цистерне?

— Разминку сделал. Разрешите теперь приступить к выполнению планового задания? — все тот же спокойный голос услышали летчики из динамика. Командир как бы очнулся и, вспомнив что-то важное, обрадовано воскликнул:

— Теперь ясно, почему у него самолет стал как перышко легким. — Землистое лицо Владимира Степановича расплылось в светлой улыбке. — Хитер, хитер парень. И виртуоз в пилотаже, — и, подняв с земли микрофон, передал: — Виталий Дмитриевич, спасибо за двойной иммельман! Садитесь. Все ясно, — и, положив микрофон на стол, спросил: — Поняли, почему к самолету Маркова подъезжали два бензозаправщика? — И тут же ответил: — Бензин выкачивали из истребителя. Он полегчал килограммов па триста и стал по маневренности не хуже самого виртуозного истребителя — Як-3!

НАД ВОЛЧЬИМ ЛОГОВОМ

После двух месяцев учебы полк снова начал боевую работу. Чтобы молодые летчики постепенно входили в курс фронтовых дел, им ставили задачи полегче. Но в небе обстановка так же изменчива, как и погода. На днях погиб Андрей Картошкин. Из-за своего горячего характера первый воздушный бой для него оказался и последним. Он оторвался от ведущего и, сбив фашистский истребитель, в азарте боя погнался за вторым, а третьего и не заметил…

Начинающие воевать часто не умеют соизмерять свои возможности с действительностью. После потери Картошкина был снят «щадящий режим» — слишком осторожный ввод в боевую работу молодежи. И правильно: пусть молодежь сразу чувствует, что противник на неопытность скидки не делает.