Осторожные ко'оты не сразу вышли из флаера. Долго сидели, глядя на разрушенное здание. Дети знали, что они используют мысленный поиск, пытаются установить, есть ли что живое внутри. Один ко'от всегда может учуять другого, даже на большом расстоянии. Бутс был более нетерпелив. Он протиснулся мимо Джима, глядя на здание, как будто не сомневался, что внутри их что-то ждёт.

Наконец мысленно заговорил Тиро:

«Наших родичей здесь нет…»

«Точно, теперь нет, — согласился Дем. — Но мы можем найти следы происшедшего, куда они ушли иди кто на них напал».

Тиро встал на сидении и огляделся — не только крутя головой, но поворачиваясь всем телом, — посмотрел во всех направлениях. Даже над головой ничего не было, ни стрекоз, ни опасных ос. Скалы казались совершенно лишёнными жизни.

Внимательно осмотрев окрестности, разведчик-ко'от нажал лапой кнопку. Колпак раскололся надвое, можно было выходить.

Снаружи дул холодный ветер. Здесь было гораздо холоднее, чем в травяных джунглях. Элли Мэй захотелось, чтобы рукава и штанины её комбинезона стали подлиннее. Она вздрогнула и заметила, что Джим тоже поёживается. Ей не хотелось далеко отходить от флаера. Обычно девочка была очень любопытна и радовалась новому. Но здесь, в этом тихом скалистом месте, ей не нравилось.

И вдруг — что это за отвратительное зловоние? Элли Мэй застыла, поворачивая голову по ветру, который растрепал ей волосы. Ко'оты тоже, должно быть, учуяли. Бутс присел, глядя в том направлении, откуда дул ветер, усы его ощетинились. Джим поморщился.

«Что-то мёртвое», — заметил Дем.

Очень мёртвое, решил Джим. Однако когда Тиро направился туда, а Бутс, по-прежнему прижимаясь к земле, словно готовясь к схватке, последовал за ним, мальчик, Элли Мэй и Мер тоже двинулись в ту