— Всего лишь?

— Я говорю о ближайшем. А их много, и уходят они вправо и влево, вдоль реки, на многие километры. А ведь вам нужен какой-то один.

— Естественно.

— Не спрашиваю, какой. Понимаю, что военная тайна.

— Значит, все ты верно понимаешь…

— Примете командование дотом?

— Если успею, — пожал плечами Громов. — При таком-то развитии событий.

— Так, может, к вам в дот податься?!

— Для этого нужен приказ высшего командира.

— Неужели людей специально отбирали?! — не поверил пулеметчик.

— Меня и самого это удивляет.

— Ну, мне пора. — Красноармеец быстро объяснил ему, как выйти к доту, и поспешил к скале, где все еще отстреливались окруженные десантники. — Только немцам больше не попадайтесь! — крикнул уже издали. — Во второй раз могу не успеть! А так… может, еще свидимся!

«В километре от штаба батальона, в самом центре укрепрайона, рыщут вражеские десантники! — с горечью подумал Андрей, прислушиваясь к густой, все нарастающей орудийной пальбе, раздававшейся уже по ту сторону Днестра. — Неужели положение настолько серьезное? И только ли на этом участке?»

3

Едва бригадефюрер СС Вальтер Шелленберг успел войти в свой кабинет, как ожил телефон и, подняв трубку, шеф Шестого отделения «Рейхзихерхайтсхауптамта», то есть Главного управления имперской безопасности, с удивлением услышал в трубке вкрадчиво-назидательный голос адмирала Канариса.

— Знаю, что вы только что вернулись, бригадефюрер, и, как всегда, слегка утомлены, но полагаю, что нам следует встретиться.

— День действительно выдался… — начал было Шелленберг, однако главный абверовец рейха мягко прервал его:

— А ведь впереди много-много дней пострашнее. — И тут же вернулся к теме, с которой начал разговор: — Встретиться предлагаю в десять ноль-ноль, в ресторане у Горхера.