Вова громко и вкусно зевнув подошёл к ротному, мирно беседующему с контрразведчиком, свалившимся с вертолёта.

— Ну, я того? — спросил он Булыгу.

— Ага, давай шуруй, — напутствовал Степного командир.

Лейтенант повесил автомат на шею, отобрал у Кошкина, пластиковый стаканчик с горячим чаем, стрельнул у контрразведчика сигарету и прикурив махнул своим матросам рукой. Разведчики молча без команд выстроились и не торопясь скрылись в лесу.

Вова шел в походном порядке на своём месте, положив локти на автомат со стаканом чая в одной руке и с сигаретой в другой.

Майор Ануфриев в недоумении проводивший разведчиков взглядом повернулся к ротному.

— Ах оставьте условности, господин майор, — не дал ему даже рта раскрыть Булыга, — я вам больше скажу он иногда даже коньяк на ходу из фляжки прихлёбывает и песни похабного содержания поёт..

— Нет, но всё таки он идёт на задачу и на ходу и курит и пьёт!!

— Кто бы говорил, а кто перед отлётом в Моздок водку пьёт а потом оказывается здесь?

Ануфриев досадливо крякнул.

— Ну, понимаешь ваш старшина меня спутал, я его спрашиваю типа вы на большую землю???.. а он мне говорит ясен пень не на малую давай к нам с нами весело..

— Дык, а я и не соврал, — вклинился в разговор старшина, — малая земля она там в Чёрном море, да и разве с нами грустно??

Контрразведчик опять кисло улыбнулся и впал в дремотное состояние, стараясь не думать о том, что ему будет от начальства. Хотя чего тут боятся дальше окопов не пошлют, могут прикомандировать в какой-нибудь пехотный батальон, а здесь он и так дальше чем нужно.

Через два часа ходьбы по глинистым склонам и горным перелескам моряки разведчики остановились на привал. Связист начал вызывать по сто пятьдесят девятой спецназовцев.

Через несколько минут он кивнул лейтенанту и подал ему тангенту.