— Я не хочу об этом вспоминать! — цедил он злобно, — У меня аллергия на названия сербских деревень. Я уже переболел и не хочу к этому возвращаться. Все оказалось зря. Кто хотел знать об этой войне, узнали больше, чем те, кто туда поехал и подставил лоб под пули. У меня есть знакомый военнспец. Он долго изучал карты и расклад полетов и сказал, что либо он ничего не понимает, либо эту войну можно было закончить в течение года.

— Да, Глеб, здравое зерно в этом есть. Им не дали ее закончить.

— Они остановились перед самым финишем и стали ждать, когда победа сама упадет им в руки. А так воевать нельзя. Что там говорил товарищ Сталин? Если враг не сдается.. — …Его уничтожают.

— Да, а так победоносно про…али войну…

У Глеба — ожог глаз. Но и душа его, я вижу, тоже сильно обожжена.

Как они все разительно отличаются друг от друга — я имею ввиду добровольцев, с которыми мне довелось познакомитья с и в Боснии, и позже, когда я собирал по крупицам информацию о добровольческом движении.

Любимцы богов, избранные умирают молодыми. Еще одна жертва, принесенная на алтарь войны… Поминки по Петру Малышеву были в ноябре 1994 года. Волею случая он погиб в годовщину бойни у Белого Дома. Его друг узнал о гибели Петра из газеты. Оторвав ее от стенда, чуть ли не захлебываясь в слезах скорби и отчаянья, повторял: «Я поеду туда и буду мстить за него… Мстить!…» Петр Малышев, Петруха…, в чьем сердце стучал пепел Бендер, Боснии и Белого Дома?? Он «возлюбил ближних» более, чем самого себя — и отдал за них свою жизнь, погиб с оружием в руках… Отомстили ли мы за него, за других, за Все?

Моя книга написана в странном стиле. Реальность несъедобна, но здесь все правда, все описываемые события имели место, я лишь не указал фамилии многих участников, а некоторым их слегка изменил. Эта книга — попытка дать целостное описание одной мало известной страницы истории — действий русских добровольцев в гражданской войне в бывшей Югославии.