— Ладно, лейтенант, я пойду, больницы и морги обзванивать, а ты думай, где его искать! — сказал полковник, и зашёл в штаб.

— Есть! — ответил лейтенант.

* * *

Старший прапорщик Волчара сидел на месте пассажира, возле водителя, в кабине «КАМАЗа». Место это в Вооружённых Силах называется не пассажирским, а местом старшего машины. Волчара был старшим машины, и ехал он на окружные склады для получения имущества.

Волчара курил и смотрел в окно. Ему было приятно, когда солдат-водитель спрашивал:

— Здесь свернём, товарищ старший прапорщик?

Был приятен не сам вопрос, а словосочетание — старший прапорщик. Уже дослужился! Уже старший прапорщик!

— Да, сынок, давай здесь! — отвечал Волчара, периодически поправляя новенькие погоны. Нет, они не мешали, и на полушерстяной армейской куртке прикреплены были хорошо. Ну…, просто приятно было ещё раз потрогать три звёздочки на плече.

Волчара был доволен собой. Всё нормально — звание обмыто, но что-то его всё же терзало… Какая-то маленькая, незначительная деталь… Но что это за мелочь, он вспомнить не мог… Голова болит… Звание — это хорошо, но голова болит… Плохо, конечно, после пьянки в дорогу дальнюю ехать, но надо. Имущество с окружного склада не каждый день удаётся «выбить». Ну, а если дают, — бери! Иначе больше не дадут… Да, и дело-то, ерунда! Сегодня приеду, получу, и имущество в машину загрузим с бойцом. А завтра, с утра, назад поедем. Вечером в части разгрузим, и домой… На три дня отгул возьму. Хорошо!.. Но, голова болит…

* * *

Старшина сверхсрочной службы Сухарь в очередной раз очнулся. Огляделся вокруг, и произнёс вслух: