Он засек эти вспышки. Может, впервые за всю службу, но он их заметил. Даже почувствовал на себе взгляд сквозь прорезь прицела, полный ненависти и отчаяния. Даже, несмотря на приличное расстояние, он увидел глаза врага. И развернуть в его сторону ствол пулемета, он уже не успевал. Если бы не вертушка… Но даже свист винтов в небе и размеренный нарастающий рокот двигателя не остановил бы противника. За спиной моджахеда мелькнула чья-то тень. Его просто сдернули с бруствера и за шиворот потащили к проему в стене.

Черная, слегка продолговатая точка, медленно, будто нехотя, отделилась от серебристого брюха, хищно, словно отыскивая цель, кувыркнулась два раза в воздухе и, наращивая скорость, понеслась к дувалам.

В лучах полуденного солнца сизый туман, клубами заволакивающий крыши нехитрых строений, расцвел всеми цветами радуги. Откуда-то сзади донесся голос Стовбы:

— Старый, трассер!

— Я ж не знал, что мы фейерверки тут запускать будем…

— Белоград!..

Он достал из нагрудного кармана мокрый от пота трассер, поцеловал его…

— Шевели фигурой, сейчас рассеиваться начнет! — взводный явно нервничал.

Патрон нырнул в патронник с легким скрипом…

Зеленая точка запылала на полпути к дувалам. Селение подпрыгнуло будто бы на пол метра и вспыхнуло. Даже дыма сперва не было. Только горы слегка тряхнуло, да кое-где, между выцветших до белого скал подняло тысячелетнюю пыль. Следом докатился чудовищный грохот.

— Ни фига себе, бомбец!..

— Да…а. Не хотел бы я под такую цацку попасть…

Прилетела она бесшумно, будто ниоткуда.