— Вот тебе официальная повестка, — вручил Володе предписание, — завтра в двенадцать ноль-ноль быть здесь в этом кабинете с вещами. Понятно?

— Есть! — вытянулся Володя и вышел из кабинета.

Забежал в райком комсомола, оттуда прямиком на вокзал. В пути произошла задержка. Возле единственного в городе кинотеатра он встретил ту самую девушку, которую защитил от подвыпивших парней. Она шла в берете, в легком демисезонном пальто. Володя узнал ее сначала по ботикам. Потом глянул: точно — она. Дорогу не уступил. Встал на ее пути.

— Здравствуйте, — сказал.

Девушка остановилась. Узнала. Улыбнулась.

— А-а-а! Защитник?

— Я.

— Здравствуйте.

Помолчали.

— Я с занятий, — кивнула девушка на кинотеатр. Здесь теперь только вечерами кино показывают, днем курсы медсестер.

— У нас школа тоже не работает, — вспомнил почему-то Володя. — Госпиталь разместили.

— И у нас в школе госпиталь, — охотно отозвалась девушка. — Я там работаю. Ничего еще не умею. Записалась на курсы медсестер. Еле взяли.

— Почему?

— Из-за возраста.

Володя хотел сказать, что и его раньше не брали, мол, восемнадцати нет, но сейчас у него в кармане лежала повестка, и он промолчал. И как-то так само собой получилось, что девушка пошла, и Володя пошел с нею рядом.

— Ваш дом далеко?

Девушка сдвинула широкие черные брови, ответила едва слышно.

— Далеко. В Гомеле.

— Вы эвакуированная? — догадался Володя.

— Да. Еле до Москвы добрались. Так бомбили… Потом сюда приехали.

— Нас тоже бомбили, — отозвался Володя.

— Вы не местный?

— Я здесь родился и вырос. Не в городе. В Озерном. Слыхали, есть такой поселок?

— Нет.

— Рядом. Час езды. Я давно из дома. На оборонительных работах были. Вчера вернулись… Завтра на фронт.