Никого движения с ее стороны, по-прежнему взгляд на странице.

— Я командировочный.

— Тогда подождите.

— И долго мне ждать?

— Сколько надо, столько и ждите.

— А сколько надо?

Лицо бабы оторвалось от книги и бешенный взгляд обрушился на меня.

— Вы кто такой? — изменился голос до металла.

— Прибыл на место службы, вот мое предписание.

Эту дрянь совсем не интересует моя бумажка.

— Прибыли…, так и ведите себя как положено.

— Разве я, что то нарушаю?

На этот раз, она просто выдирает из рук мое предписание и покопавшись под стойкой выкидывает мне бланк анкеты.

— Приезжают здесь всякие… Заполняйте.

Заполняю графы дурацкого вопросника, а женщина тем временем чиркает что то в моем направлении.

— Все. Готово. — передаю ей анкету.

— Ваше предписание я сама отдам в штаб. Уже пошел какой-то идиотизм, — ворчит противная баба, — по моему, в управлении рехнулись, всякую вшивую пехоту стали отправлять к нам.

— Я часто моюсь.

— Ну и что?

— Поэтому у меня нет вшей.

— От этого ничего не меняется, есть ли вши на голове или нет, это совсем не важно. Важно, что нам стали присылать дурные головы, набитые черт знает чем, может теми же паразитами…

— Вам действительно не повезло.

— Вон от сюда. Вот ключи. Номер тринадцать.

Эта психопатка выбросила мне ключ с биркой и демонстративно уткнулась в книгу. Ну и стерва.

Это крохотная однокомнатная квартира без кухни. Здесь малюсенькая ванна, туалет, два стенных шкафа и комнатка с кроватью и большим столом. Зато везде на стенах: в коридоре, в комнате, в ванной — висит распорядок дня, где подчеркнуты, красным карандашом, выделялись слова: «… Опоздавшие на обед, завтрак и ужин, пищей не обеспечиваются…»

Я распихиваю содержимое чемодана по шкафам, тумбочкам и тут слышу стук в двери. На пороге стоит светловолосый, молодой атлет в майке.