Верблюд и верблюдица долго и старательно отряхивались от воды и велели хорошенько отряхнуться и верблюжонку. Тот сразу попытался лечь на спину, мечтая подставить под солнечные лучи живот, но, как и прежде, у него ничего не вышло. Малыш то и дело валился на бок – таким уж свойством обладает верблюжий горб.

У жены глаза полезли на лоб, ›едва она увидела, как из воды вылезают верблюд с верблюдицей. Теперь, когда они как ни в чём не бывало вновь разлеглись на песке, жена не удержалась и полным волнения голосом сказала:

– Если б не видела сама, ни за что б не поверила.

– Во что бы вы не поверили, во что?- вежливо осведомилась верблюдица.

– В то, что вы купаетесь.

– Отчего бы нам не купаться?- отозвалась верблюдица, и физиономия у неё вытянулась от обиды.- Вы что считаете, мы грязнули?

– Нет, нет,- попыталась оправдаться моя жена.- Просто вы живёте в безводной пустыне, вот, значит, я и подумала: вряд ли вам часто предоставляется случай искупаться. Припоминаю даже какие-то истории школьных времён о верблюдах, которые долго-долго живут без воды и в этих самых… ну в ваших…

– В горбах,- досказала за жену, которая вдруг застеснялась, верблюдица.- Совершенно верно, они у нас есть и стыдиться горбов нам не приходится. О наших горбах вы можете говорить безбоязненно, этим вы нас не оскорбите. Больше того, благодаря горбам мы можем плавать даже в пустыне.

– Неслыханно!- воскликнула моя жена, а я навострил уши: меня заинтересовало то, что говорила верблюдица.

– Да, да!- подтвердила она.- Способ открыл давным-давно один из моих предков. Прежде редкий верблюд умел плавать, но с тех пор, как прадедушка совершил открытие, даже в самой засушливой пустыне организовали секции плавания.