- Неправда! - горячо возразил Снегирь. - А как же все те, кто слушал Антона?! Вы бы видели их благодарные взгляды!

- Лирика! - нахмурился бургомистр. - Значит, это не Искусство, а фокусы! Может, оно и стремится стать для всех ближе, да не все его понимают. И слава Богу! Ведь, начав его понимать, все быстренько достигли бы совершенства, и тогда не имело б смысла жить дальше!

- Смысл есть во всем, - улыбнулся Снегирь, поднимаясь из-за стола. И, тем не менее, нам пора уходить.

- В каком смысле?! - удивился бургомитср. - А ваш концерт в Ратуше? Я прикажу художнику немедленно написать афишу!

- Концерт в Ратуше - это здорово! - воскликнул Антон.

Снегирь не ответил. Он взял с подоконника свою шляпу и, отсчитав оттуда несколько монет, высыпал остальные на стол.

- Передайте это в детский приют, - обратился он к Ленарду, повязывая клетчатый шарф, - а концерт мы уже дали, - и направился к выходу.

Растерявшийся бургомистр выскочил из-за стола и преградил ему путь:

- Так нельзя, господа! По моим сведениям господин Антон сам изъявил желание выступить ещё раз!

- Верно! - вспомнил скрипач. - Я дал слово!

- Вот-вот! - обрадовался бургомистр, что нашел в лице Антона поддержку. - Тем более, что с вами не знаком князь!

Тут Снегирь в который раз вспомнил слова старой цыганки: "Бегите отсюда!.. Плохой город..."

- Ты - как хочешь, - ответил он Антону, надевая шляпу, - а я ухожу.

- Как-то неловко отказываться... - растерянно пробормотал скрипач.

- Видно, мудреные речи господина бургомистра затмили твой музыкальный слух! - усмехнулся Снегирь.

Скрипач задумчиво поднялся, но в этот миг дверь распахнулась, и на пороге появился Белый, прижимая платок к левому глазу. Его лицо было цвета цилиндра.