– Ты выглядишь по-дурацки! Чего это ты так вырядился? И что ты здесь делаешь, почему ты не на конюшне?

Пудинг – так прозвали они Рэпа, когда все были еще детьми. У него тогда почти не было видно носа. Да и сейчас его лицо, казалось, состояло из подбородка, рта и больших серых глаз.

– Пожалуйста, Иное! – умоляюще прошептал он. – Я же на часах! Мне нельзя с тобой разговаривать. Она вскинула голову.

– Правда? Я выясню это у сержанта Тосолина! Рэп всегда принимал все за чистую монету.

– Нет! – Он бросил еще один испуганный взгляд в сторону караульной.

Рэп заметно вырос даже за то короткое время, что отсутствовал, если дело было не в этих дурацких сапогах. Он был значительно выше Иное, а в доспехах казался шире и крупнее. Пожалуй, юноша выглядел не так уж плохо, как ей показалось вначале, но она не собиралась ему в этом признаваться.

– Объясни, как ты здесь оказался! – потребовала принцесса, сверкнув глазами.

– Пару кобыл надо было отправить назад. – Рэп старался не двигать губами, глядя прямо перед собой. – Вот я и пригнал их. Я должен вернуться обратно с повозками. У старого Хононина нет для меня работы, когда все лошади на материке.

– Вот как! – воскликнула Иное, торжествуя. – Очень хорошо, ты, значит, не так уж занят. Поедешь кататься со мной после обеда. Я поговорю с сержантом.

Смесь ярости и упрямства отразилась на лице юноши. Плоский нос сморщился, и ей вдруг показалось, что веснушки вот-вот посыплются с него, как коричневые снежинки.

– Не смей!

– Это ты не смей так говорить со мной!

– Я вообще не буду с тобой разговаривать!

Минуту они стояли, возмущенно уставившись друг на друга.

Рэп – стражник? Теперь Инос вспомнила, как когда-то он выражал желание учиться владеть мечом. Какая идиотская затея! Он был исключительно хорош с лошадьми, у него был просто прирожденный дар!