Несмотря на это, в гавани жизнь била ключом. Рыбаки и китобои Краснегара смешивались с приезжими торговцами, капитанами из городов Империи и грозными светловолосыми джотуннами из Нордландии – высокими людьми с ледяными голубыми глазами, вызывавшими легкую дрожь у девочки. Там она могла увидеть даже полудиких лесных гоблинов, за каждым из которых следовало несколько жен, нагруженных связками мехов. Вдруг Инос резко остановилась. Широкая, залитая солнцем лестница перед ней была почти пуста, лишь внизу болтали две женщины. Одной из них была мать Юнонини, смотрительница дворцовой часовни. Если бы старуха взглянула вверх и увидела Инос одну, она наверняка стала бы выяснять, в чем дело. Судя по движениям собеседниц, они как раз прощались.

Позади Инос открылась дверь, и из нее вышла женщина ос свертком под мышкой. Принцесса улыбнулась ей, взялась за ручку двери и вошла, решительно закрыв ее за собой под звон серебряного колокольчика.

Маленькую комнатку окружали полки с рулонами тканей. Владелицей лавочки была тетушка Меолорна. Она посмотрела на Инос и сделала реверанс. Весьма польщенная, девочка присела в ответ. Скажу, что пришла за покупками, решила она, – самое подходящее для знатной дамы занятие, против которого никто, даже тетушка Кэйд, не сможет возразить.

– Ваше высочество – единственная леди в Краснегаре, которая может это носить!

– Я? Почему вы так считаете? Мистресс Меолорна просияла.

– Ваше высочество, зеленый так подчеркивает цвет ваших глаз! Ваши глаза просто замечательны! Я уверена, что у вас единственные по-настоящему зеленые глаза во всем королевстве.

Красота? Инос уставилась в зеркало. Она была задрапирована в нечто волшебное – струящийся зеленый с золотом шелк. И действительно, глаза у нее были зеленые. Принцесса впервые задумалась – есть ли такие у кого-то еще?

– Импы, как я, имеют темно-карие глаза, – говорила Меолорна. – У джотуннов они голубые. Так что у всех, кроме вас, они или карие, или голубые.