То есть накладывать искомые заклятья был обучен… Так, следующий… Горимир Каморник, тридцать один год, лишен лицензии десять лет назад, освоил заклинания второго ранга квалификации… И этот не слабее первого… Ну а третий?.. Мирон Хвост, двадцать семь лет, лицензию отобрали в прошлом году, и также освоил заклинания второго ранга квалификации… Второй ранг – это неплохо, это не потребует от Антона сверхусилий при наложении на самого себя маскировочного заклинания. Второй ранг мы вокруг пальца обведем хоть и не с легкостью, но уверенно.

* * *

– Мне нужно БМ-заклятье, – сказал Антон.

Владислав Амрюша, несмотря на свои двадцать три года, выглядел ребенком, потерявшим маму. Глаза у него были тоскливые-претоскливые, а когда он услышал про БМ-заклятье, чуть не бросился бежать.

– Я уже скоро год как не волшебник, – выпалил он дрогнувшим голосом и попятился. – Вас, дядя, ввели в заблуждение, клянусь собственным благополучием! Меня лишили лицензии, я не торгую ворьими наложками.

Он не врал. И дело не в том, что в его ауре не было цветов лжи – волшебник второго ранга способен блокировать эти цвета, – просто чародей предвысшей квалификации умеет обнаружить ложь и иным недоступным дюжинному человеку путем.

Да, Амрюша не врал. И определенно страдал, как страдает птица, у которой отрезали крылья, но Антон не был тем человеком, который мог эти крылья вернуть. В конце концов, лишили парня лицензии, значит, было за что…

– А не знаете, где можно купить?

– Да к любому волшебнику обратитесь, у кого есть лицензия.

– У них же дорого! На ордынский фронт ухожу, хотелось бы семье денег побольше оставить.

– Ну… – Амрюша пожал плечами, враз потеряв решимость не ввязываться. – Даже не знаю…

– А все-таки? Очень надо.