Крайсляйтер Хемница Адольф Кеттнер, один из первых национал-социалистов, так и не добился высоких партийных постов. Номер его партбилета состоял всего из трех цифр, но весьма посредственные организаторские способности, а также преследовавшие его время от времени неудачи не позволили ему пробиться не только в число нескольких десятков гауляйтеров империи (на золотые петлицы которых он всегда взирал с особой завистью), но и занять менее значимый пост в партийных структурах гау или рейха. Высшей точкой его карьеры стала только недавно полученная им должность политического руководителя округа Хемниц.

Кеттнеру не везло с самого начала. Осенью двадцать третьего он в составе группы нацистов из Нюрнберга приехал на грузовике в Мюнхен, исполненный воинственных устремлений. Но великий день восстания 9 ноября ему пришлось просидеть в общежитии (точнее, в ватерклозете общежития), отравившись накануне несвежей рыбой. Спустя лет двенадцать он предпринял робкую попытку доказать, что тоже участвовал в «марше на Фельдхеррнхалле», во время которого хоть и не был ранен полицейской пулей, но серьезно подвернул ногу и, стало быть, как и другие, имеет право на заветный орден Крови. Однако Кеттнер потерпел фиаско — его вранье разоблачили, строго наказали по партийной линии и выгнали из СС, куда он записался еще при Хайдене

«Партайгеноссе Йост! Вы возвратили мою рукопись, а между тем номер моего партийного билета состоит всего из трех цифр, в то время как ваш наверняка из шести-семи! Я обращусь с протестом к фюреру. Хайль Гитлер!»

И обратился. В итоге тетрадь с галиматьей Кеттнера оказалась на столе доктора Геббельса. Пролистав также не более двух первых актов из шести, шеф народного просвещения и имперской пропаганды пришел в ужас от того, какого пошиба авторы лезут в германскую литературу взамен только что изгнанных из нее.