— Да, товарищ комиссар, — тихо отозвался Андрей.

— Запомни этот день, сынок. Мы с тобою никогда не увидимся. Где бы ты ни был, знай, я тебя помню таким, каким ты шел получать партбилет. — Уваров раскрыл полевую сумку и вытащил из нее красную книжечку. — Вручаю тебе партбилет! Береги его, как честь. И всегда помни: надеюсь на тебя, верю тебе.

— Спасибо, товарищ комиссар.

— На тебя перекладываю самый тяжкий, самый страшный груз — войну. Я нес тяжесть гражданской, ты неси бремя этой войны. Это — твое время, сынок.

Вошли военфельдшер и санинструктор, взяли под руки комиссара и увели.

Комбат собрал офицеров.

— Свершилось то, во что мы не хотели верить: война. Враг проломил границу и продвигается в глубь советской территории. Получен приказ: батарею выдвинуть к нефтеперегонному заводу. Пулеметному взводу поставлена задача: форсированным маршем выйти к Днестру, соединиться со стрелковыми подразделениями и занять оборону в районе железнодорожного и автомобильного мостов. И стоять насмерть! Штаб части будет в лесах на левой стороне Днестра, в пяти километрах. Пошлете связного. Все. Младший лейтенант Оленич, задача ясна?

— Задача ясна, товарищ комбат.

Труден был путь пулеметного взвода к Днестру. Почти весь день горстку бойцов преследовали самолеты противника и обстреливали. Ночью их путь освещали зловещие пожарища — горели железнодорожные станции и леса. Но небольшой отряд Оленича пробивался к цели. После полуночи взвод догнал полуроту пехоты, которую вел старшина-пограничник Костров. В дневном бою они потеряли нескольких бойцов, одного командира взвода похоронили, а другого комвзвода несли на носилках. У Оленича были вьючные лошади, раненого посадили в седло, и колонна пошла быстрее. Вскоре впереди забрезжила вода: это был Днестр.