Вовка покосился на Толика.

— Включить можно?

— Валяй.

Трое ребят сгрудились вокруг Вовки. Компас в его руках засветился, на экране возникли большие песочные часы, то и дело терпеливо переворачивающиеся.

— Еще секунду. — засопел над ухом Серега.

Если Толик был самый терпеливый и рассудительный из всех, то Серега, наоборот, вечно куда-то торопился, никогда не доводил дел до конца и терпеть не мог чего-то ждать. Всюду ему хотелось быть первым, всюду собирался успеть и побывать.

Прошла секунда, за ней другая, песочные часы сменились надписью: "Точка маршрута". Потом, как в какой-нибудь компьютерной игре, появилась масштабная карта. Вовка увидел вьющуюся дорогу, по которой они подъехали к лесу, несколько домиков на краю станицы, голубое пятно Молочного озера и, собственно, сам лес, казавшийся на карте разбрызганными изумрудными кляксами.

На экране можно было масштабировать — приближать и удалять картинку, двигать вправо и влево. Иногда изображение не успевало за Вовкиными движениями, картинка появлялась чуть позже, будто невидимый художник в спешке дорисовывал пейзаж (вид сверху). Вовка все хотел приблизить таким образом, чтобы стало видно их четверых, но, казалось, что перед лесом никого нет. Или мощности приборчика не хватало, или спутники не могли различить людей.

— Оценил? — гордо спросил Толик.

— Это чтобы ты в Москве не потерялся?

— Нет. После того, как закончу школу, стану путешественником. Самым настоящим, как Федор Конюхов, только лучше. Буду бродить по пустыням, по джунглям, забираться на горы, исследовать всякие неисследованные земли…

— А разве остались еще такие? — удивился Артем.

— Еще как остались. Мы с папой передачу смотрели. На земле знаешь сколько белых пятен? Я теперь с этим компасом что угодно отыскать смогу и никогда не заблужусь.