— Как же хорошо! — вздохнул Вовка. — Я пока последние дни учился, все мечтал о том, что скоро к вам приеду.

— Можно подумать, у тебя на севере плохо. До сих пор, наверное, можно в снежки играть. Здесь в снежки уже и не поиграешь! — отозвался Толик.

— Зато купаться можно. Пойдем сегодня купаться?

— Сначала шрамы покажи. Есть шрамы?

Это было такое развлечение. Каждое лето ребята хвалились шрамами, которые успели заработать за прошедший год. Вообще-то, шрамами назывались даже пустяковые царапины и какие-нибудь мозоли на пальцах — но при этом друзья напускали на себя столько важности, будто приобрели эту самую мозоль в жестокой драке с настоящими бандитами, или в перестрелке с преступниками. Еще бы, героями хотелось казаться всем.

— У меня так, ничего серьезного. — первым сказал Серега, подставляя под солнечные лучи локоть правой руки. — Видите? К плите прислонился, во.

Действительно, на локте белело неровное пятнышко, размером с пятирублевую монету.

— Больно было?

— Ни капельки. Сразу под холодную воду подставил, потом пластырь налепил. Но чесалось целую неделю. А то и две!

— Подумаешь. — вторил Толик. — Я осенью на велике катался, заехал на Красную Площадь, а там брусчатка. И я ка-ак упал. И мне спицей проткнуло эту, икроножную мышцу, вот!

Небрежным движением Толик поставил ногу на лавочку и показал два аккуратных, почти незаметных, пятнышка на лодыжке.

Вовка присвистнул:

— Не больно было?

— Вообще не больно. — сообщил Толик. — Только я ходить не мог несколько дней. С самого начала вот тут и тут торчала спица. Мама, знаете, как плакала? Потом доктор спицу вынул, и кровь пошла.

— Испугался?

— Чего ее бояться, это же кровь!

Все согласились, что кровь не страшная, а Артем тут же рассказал одну историю, которую недавно прочитал, про вампиров: они находили людей по запаху крови, но эту самую кровь не пили, потому что много столетий назад дали слово никого и никогда не убивать.