— Ты так рано встал?

— Прогулялся сутра пораньше, — сказал Ласло. — Ты не представляешь, как это здорово — снова дышать воздухом свободы. В Маутхаузене

Ильза медленно привстала на локте, зевнула и потянулась.

— Я могу только представить, каково это, — сказала она.

— Конечно, можешь.

Виктор рассеянно, легко погладил ее волосы.

— Дорогая, у нас необычайные новости. Японцы напали на Америку в Пёрл-Харборе на Гавайях.

Ильза подскочила; больше нет нужды изображать сонливость.

— Что? — воскликнула она.

— Это было вчера. Внезапное нападение на флот Соединенных Штатов в Пёрл-Харборе недалеко от Гонолулу. Большая часть кораблей разбомблена в гавани, много погибших. Президент Рузвельт запросил санкции у Конгресса объявить войну Японии. — Виктор чуть ли не ликовал. — Теперь американцам придется присоединиться к нашей борьбе.

Он поднялся и в возбуждении заходил по комнате.

— Понимаешь, Ильза? На это-то мы и надеялись. Я надеялся на это долгие месяцы в лагере, когда казалось, что уже никто не придет к нам на помощь. Англичане словно побитые. Русские отступают на трех фронтах. Но теперь изменится все! Все!

В порыве он обхватил жену руками.

— С американцами мы не можем проиграть! Да, конечно, мы не одержим победы сейчас же; понадобятся годы, чтобы загнать немцев обратно, разбить их армии и вновь освободить Европу. Но теперь жребий брошен, и бесповоротно. В Америке не осталось больше Риков Блэйнов — людей, которые прячутся за собственной трусостью, называя ее нейтралитетом. Понадобится время, но теперь с Германией покончено. — Так же внезапно, как обнял, Виктор отпустил Ильзу. — Нам нужно спешить — больше, чем когда-либо. Быстрее! — Виктор нашел ее чемодан и бросил на кровать. — Такси уже внизу, а до самолета меньше часа.

Ильза проворно поднялась и начала паковать чемодан.

— Мне всегда хотелось увидеть Нью-Йорк, — сказала она. — Теперь, когда американцы на нашей стороне…