
Общеизвестно, что, если подчиненный знает больше своего начальника, это никогда не приводит к добру. Но подобное обстоятельство не могло быть причиной скандала, вспыхнувшего два дня назад. «Как бы там ни было, — думал Лангнер, — а Шмальфельд все же не прав. Он не смел поднимать руку на своего начальника, да еще в присутствии матросов! А где был в это время Фишель, старший помощник командира?»
* * *
Тщательно осмотрев горизонт, Лангнер опустил бинокль. Он снова вернулся к своим мыслям. Фишель, старший помощник, почему-то во время скандала отсутствовал. На «Хорнсриф» он пришел еще в Иокогаме, но его до сих пор все боятся и избегают. Собственно, он никому пока не сделал зла. Но каждый чувствовал, что со старпомом лучше не ссориться. Он всегда был чем-то раздражен, держался высокомерно и отчужденно. В том, что Фишель был отъявленным нацистом, Лангнер не сомневался. Нет, этот человек явно не подходил для «Хорнсрифа». Между Фишелем и Шюттенстремом, командиром судна, часто возникали трения. Лангнер подозревал, что, назначая Фишеля старшим помощником к старику Шюттенстрему, командование преследовало определенные цели. Шюттенстрем не был лихим офицером, да и политика его мало интересовала. Только потому, что более, подходящей кандидатуры тогда не нашлось — опытных моряков на пятый год войны осталось уже мало, — старого капитана торгового флота назначили командиром «Хорнсрифа», а старшим помощником поставили капитан-лейтенанта Фишеля.
И вот теперь к нему в руки попал бедняга Шмальфельд. Как старший помощник, Фишель выполнял на корабле одновременно и обязанности дознавателя. Кто-кто, а уж он сейчас никак не должен бы быть дознавателем, ибо по прибытии в Бордо ему самому придется предстать перед трибуналом по делу, связанному с «Нанки- ном». Ну, а пока перед ним лежало «дело» о преступлении Шмальфельда. Чудовищно! Больной брюзгливый честолюбец, нацист по убеждению, сам совершивший преступление, должен решать судьбу Шмальфельда.
Лангнер, конечно, тоже звезд с неба не хватает, но он опытный моряк и знает свое дело. Жизнь научила старшего штурмана различать добро и зло.
