– А могу я отстреливаться при встрече с американцами?

– Вы там будете летать на учебных машинах, без вооружения, – сурово ответил генерал. – Поэтому старайтесь уклоняться от боев. Война не наша – пусть воюют вьетнамцы. А ваше дело маленькое, – помедлил он, – научить их летать на новых машинах. Есть и еще один момент… Американцы не бомбят аэродромы, где есть наши специалисты, а мы за это не разрешаем своим пилотам воевать против них. Сегодня вы американца собьете – а завтра его товарищи отомстят, и погибнут ваши же соотечественники. Так что… – Карасев многозначительно умолк.

– Будут ли еще какие-то советские специалисты на аэродроме?

– Будут. Бригада техников и ваш командир. Боевой мужик, тоже наш выпускник, в шестьдесят втором на Кубе служил. Сработаетесь.

– А как быть с языком? Мы ж по-вьетнамски ни му-му…

– Офицеры знают русский, а с остальными будете беседовать через переводчика, – объяснил генерал. – Он также будет дежурить на командном пункте во время учебных полетов – на случай затруднений в общении с курсантом. Еще вопросы есть?

– Никак нет.

– Тогда, будь добр, напиши рапорт. – Генерал пододвинул Володе бумагу и ручку. – Пиши: «Прошу командировать меня для прохождения дальнейшей службы в Демократическую Республику Вьетнам»… записал?

– Да.

– Дальше: «…обязуюсь обучать союзных летчиков правильно эксплуатировать вверенную им технику… и прилагать все возможные усилия для ее сохранения». Написал? Отлично. Теперь подпись и число. Давай его сюда.

Рапорт исчез в папке.

– Все. Свободен. На днях все будет известно. Пока никому ни слова. Даже своим.

– Служу Советскому Союзу! – козырнул старлей.

Он вышел из кабинета. Остальные старлеи выжидающе посмотрели на него:

– Ну и?

– Велено молчать. Следующий…

Тяжело вздохнув, в кабинет вошел Вася.

Все пять рапортов были рассмотрены в рекордно короткие сроки. Уже через три дня летчики знали, что командировка – дело решенное. Еще через несколько дней Карасев выдал им загранпаспорта, испещренные разноцветными визами, и приказал получить на складе обмундирование.