Мааст обернулся и увидел Андрика, который подошел сзади и молча остановился подле капитана.

– Откуда намереваетесь начать, сэр? – заговорил лейтенант.

Мааст снова поглядел на город.

– Еще не решил. Но думаю, доки…

– Судно?

– Да. Теперь оно может грохнуть в любое время.

– От совета по-прежнему нет ни слова? – спросил Андрик.

Мааст опустил бинокль:

– Нет. Я не хочу ждать слишком долго.

– Что собираетесь предпринять, сэр?

– Ждать. Что же еще?

– Думаю, – сказал Андрик, – вы получили бы удовольствие, взглянув на артиллерийские позиции Рууда. Мы можем пересечь долину на вертикальнике.

– Это мысль. Отправимся теперь же.

Самолет вертикального взлета-посадки медленно кружил над доками. Других самолетов в небе не было, но Мааст, наверное в сотый раз пожалел, что его машину невозможно переоборудовать в боевую. Это был клиновидный самолет, сконструированный, как большегрузный и маневренный. На его брюхе четыре громадных реактивных двигателя для взлета-посадки, на каждом борту фюзеляжа – по одному тяговому. Как военная машина, он годился только для быстрой доставки громоздкого груза на большое расстояние. Для боевого применения самолет не годился, если, как кисло шутил Мааст, не считать возможности сбрасывать фугасы, стоя возле открытого грузового люка.

Мааст хотел понаблюдать за судном и приказал пилоту зависнуть над ним. Особого желания смотреть позицию Рудда у него не было, если не считать сомнительное удовольствие убедить себя, что этот подчиненный в состоянии справиться со своей задачей, когда получит приказ.

Внезапно Андрик воскликнул:

– Взорвался котел!

Палуба судна окуталась белым паром, вырывавшимся из корпуса во многих местах. Мааст пристально вгляделся. Затем спросил пилота:

– На какой мы высоте?

– Тысяча двести метров, сэр.

– Лучше поднимитесь повыше и немного отодвиньтесь назад, – сказал Мааст и обратился к Андрику, – Сколько калия в трюме?