Резко замер, засеменил вбок, остановился, заорал, вскинул Лизу над головой и завертел. Потом опустил и заскользил по залу в ритме вальса, не обращая внимания на музыку. Неожиданно превратился в хулигана, швырнул свою даму в угол и плюнул на пол. Но снова схватил ее — раньше, чем она осознала, что пролетела через весь зал. Издал громкий рык и принялся плясать соло вокруг уже ничего не соображавшей партнерши. Уперев кулаки в бедра, он описывал круги, словно петух в брачном танце, напевая:

Это скоро кончится, Минует беда. Адольф с его партией Сгинут навсегда.

Алоис забыл, что нужно играть. Малыш, схватив Лизу, стремглав пронесся мимо пианино, но ухитрился при этом съездить Алоиса по физиономии.

— Бренчи, шмакодявка, для чего ты здесь?

Алоис с образцовым усердием забарабанил по клавишам. Играл он веселый венгерский вальс. Малыш тем временем перешел на танго. Не обращая внимания на музыку, выделывал, что хотел, вертя в воздухе беспомощную Лизу, словно пропеллер. Лиза потеряла туфлю. Та осталась лежать посреди танцплощадки, синяя, сиротливая.

Лиза больше не танцевала. Во время румбы ноги перестали ее слушаться. Малыш продолжал солировать, иногда вертя на плечах свою даму. Внезапно он остановился и пристально обвел взглядом зал.

— Хочет кто-нибудь подраться?

Никакого ответа. Малыш удовлетворенно кивнул.

— Ради вас же надеюсь, что нет.

Легионер усмехнулся.

— Хватит, посади партнершу на стойку.

Малыш, отдуваясь, усадил туда Лизу. И сел рядом с Гизелой.

Легионер посмотрел на тяжело дышавшую женщину, сидевшую перед ним на стойке.

— Труде, — скомандовал он ни с того ни с сего, — мадам хочет тоника.

Еще бокал с добавкой из бутылки Доры.

Вскоре несчастная Лиза снова была на ногах. Она опьянела. Совершенно неожиданно. Капли Доры. Она разошлась, забыв о своей горделивой надменности. Танцевала с Бауэром. Со Штайном. С каким-то пехотным унтером.