Много раз на афганских дорогах мы спрашивали мальчишек, кем же они собираются стать во взрослой жизни? Дети – будущее страны, и судьба её будет зависеть от того, каких героев они себе выберут. И вот какая получилась «статистика»: больше половины юных граждан республики изобразили, будто крутят баранку. В этом нет ничего удивительного: сегодня в Афганистане нераздельны понятия – автомобиль и жизнь. Да и жизнь меняется на глазах: она уже не плетется ленивым шагом верблюжьих караванов – она летит над горами на могучих крыльях, мчится по горным дорогам на мощных грузовиках. В том, что здесь сегодня однозначны слова «шофер» и «герой», есть немалая заслуга советских военных водителей, чей труд кормил, одевал и согревал множество людей.

Пока оставалось время, Васильев ещё раз осмотрел машину и груз, потом проверил тормоз и сцепление. Ход педалей был в меру тугим и чистым, мощный «Урал», казалось, насторожился, как боевой конь, ощутивший на поводе руку хозяина. Васильев ослабил ремешок стальной каски, ощупал застежки бронежилета, подхватил с сиденья короткий автомат с откидным прикладом и снова выбрался из кабины. Автоколонна вытянулась почти на полкилометра, упираясь головой в полосатый шлагбаум регулировочного пункта. Впереди чуть всхолмленная долина в зеленых пятнах садов, прячущих кишлаки, переходила в серо-желтые покатые сопки, за которыми, постепенно нарастая, вздымались горы. Боевое охранение уже заняло места, ждали, когда дадут свое «добро» саперы, обследующие дорогу. В самой голове колонны приземистые БМП уставили длинные стволы автоматических пушек в сторону предгорья. За ними тянулись нагруженные «Уралы», кое-где в кузовах, устроив «окопчики» среди мешков с мукой, крупой, сахаром, ящиков чая и консервов, сидели десантники; их защитного цвета каски тускло лоснились под утренним солнцем. В строй «Уралов» вклинились четыре афганских грузовика, два – с высокими будками, стенки будок и кабины расписаны цветным орнаментом, увешаны красочными кистями и колокольчиками.